А.Касымов: Россия хочет стать главным водным арбитром в Центральной Азии

Россия ставит перед собой задачу играть роль "главного арбитра" в Центральной Азии.

Водные ресурсы в странах ЦА являются одним из основных факторов, определяющих состояние большинства отраслей экономики и, в первую очередь, сельского хозяйства.

Одним из наиболее проблематичных для центральноазиатских государств является вопрос использования водных ресурсов трансграничных рек Амударья и Сырдарья.

В последнее время в киргизских СМИ основной темой стал вопрос возведения каскада Камбаратинских ГЭС по верхнему течению реки Нарын - основного притока р.Сырдарья. В 2003г. киргизские власти развернули строительство каскада Камбаратинских ГЭС и направили основные усилия на поиск инвесторов, готовых вложить свои деньги в этот проект. На первом этапе в качестве спонсора строительных работ выступала казахская сторона.

Проблемы водопользования затрагивают интересы всех республик Центральной Азии и принятие любого решения, не учитывающего интересы соседей, может еще более усугубить положение с обеспечением водой в низовьях Сырдарьи, ускорить экологическую катастрофу высыхающего Арала, сделать практически невозможным проживание здесь десятков миллионов граждан Казахстана, Узбекистана и Туркменистана. Такая оценка находит понимание у многих государств и международных организаций.

Однако, российско-киргизский документ, подписанный в ходе визита президента Киргизии К.Бакиева в Москву, наглядно проиллюстрировал, что в решении этой по сути дела ключевой проблемы региона есть и другие подходы, преследующие далеко идущие цели и интересы.

Как сообщил об этом главный переговорщик в этих делах премьер-министр Киргизии И.Чудинов "российской стороной Киргизстану выделяется в виде беспроцентного кредита без правительственных гарантий в размере 1,7 млрд. долларов США" сроком на 20 лет с 8-летней отсрочкой.

Сказать, что в Москве не знают, какие последствия могут иметь такие шаги, было бы неправильно. Многие экспертные круги сходятся во мнении, что, взяв в свои руки контроль над водными ресурсами региона, Россия ставит перед собой задачу играть роль главного арбитра в центральноазиатских межгосударственных отношениях, говоря коротко управлять регионом.

Хорошо известно неоднократно заявленная и озвученная на международных саммитах и встречах позиция Узбекистана по решению этой проблемы, которая сводится к тому, что любые проекты по строительству гидросооружений на трансграничных реках должны вестись на основе заключений международных независимых экспертов, которые должны гарантировать, что объемы и режимы стока Сырдарьи не будут нарушены, а новые проекты не приведут к ухудшению экологической ситуации в регионе. При этом, обязательным является согласование строительства гидроэнергетических сооружений со всеми странами, расположенными в бассейнах трансграничных рек.

Позиция Узбекистана изначально нашла поддержку у российской стороны. В частности, на пресс-конференции в Ташкенте 23 января этого года президент России Д.Медведев отметил: "Я исходил и исхожу из того, что все заинтересованные государства должны обсуждать вопрос возведения гидросооружений на коллегиальной основе, руководствуясь в том числе международными соглашениями на эту тему, а также своими двусторонними соглашениями в дружеской и добрососедской манере", и "если не будет общего согласия всех сторон, Россия воздержится от участия в подобных проектах". Изолированные шаги, по мнению президента России, не приведут ни к каким результатам или создадут напряжение, которое потом придется разрешать не экономическими, а политическими методами. Однако, такое заявление видно было сделано для пиара.

И сегодня Россия в глазах центральноазиатских государств продолжает выступать в качестве интегрирующего звена. В частности, с Россией поддерживаются тесные контакты в рамках таких региональных организаций, как СНГ, ШОС, ОДКБ, которые призваны качественно повысить уровень сотрудничества в сферах экономики, торговли, безопасности, борьбы с незаконным распространением наркотиков и оружия. С завидной частотой проходят встречи глав государств, правительств и различных ведомств, как на двустороннем, так и многостороннем уровнях, по итогам которых подписываются документы по дальнейшей диверсификации всесторонних отношений. Учитывая все эти факторы, непонятной остается позиция России по жизненно важному для Центральной Азии вопросу распределения водных ресурсов, в частности на Сырдарье.

Было бы намного целесообразнее, а главное не ущемляло бы права соседних государств, если бы российские инвесторы оказывали содействие Киргизии в развитии других важных отраслей экономики (горнорудная промышленность, разведка нефти и газа, реализация проектов в легкой и пищевой промышленности, туризм, производство драгоценных металлов и разработка урановых месторождений), которые при правильной организации процесса приносили бы не меньше доходов казне государства, чем выручка от продажи электроэнергии. Другая не менее прибыльная отрасль, которая при должном внимании могла бы существенно улучшить благосостояние киргизской экономики - угледобывающая. По имеющимся данным, в Киргизии имеется свыше 70 разведанных месторождений угля, запасы которых превышают показатель в 1 млрд. тонн. Мало кого сегодня интересует и перспектива получения энергии через введение в строй Кавакской ТЭС на Кара-Кечинском буроугольном месторождении, которая в состоянии вырабатывать не меньшее количество энергии, какую собираются получить с планируемых ГЭС на Нарыне. В то же время, никто не говорит о возможности привлечь средства для реставрации оборудования уже имеющихся в Киргизии электрических станций, половина которых требуют срочной модернизации.

Инвестирование российского капитала именно в эти отрасли еще больше укрепило бы авторитет России в Центральной Азии, как государства, реально заинтересованного во взаимовыгодном сотрудничестве со странами региона и лишенного предвзятости.

Не выдерживает никакой критики стремление киргизских властей за счет соседних стран решать свои внутренние энергетические проблемы, которые являются большей частью результатом отсутствия эффективных механизмов управления энергетической сферой. Эти факты находят отражение и в выступлениях высокопоставленных лиц республики. Вот, что на счет этого говорил председатель комитета по топливно-энергетическому комплексу парламента Киргизии Ю.Данилов: "У нас 90% отопления переведено на электричество. Раньше такого никогда не было. Как только перешли на электроотопление, воровали все кому не лень. 30-40% составляют так называемые коммерческие потери. То есть 40% выработанной электроэнергии украдено". Еще яснее по этому поводу высказался сам президент К.Бакиев в своем октябрьском послании народу: "В Киргизии основной очаг коррупции находится в распределительных компаниях энергетической отрасли. Правительство недостаточно контролирует работу электростанций, в частности, и энергоотрасли в целом". Не понятно, каким образом киргизские власти хотят получать прибыль от продажи электроэнергии, когда, как они сами на это указывают, в этой сфере творится полный произвол и она утопает в коррупции.

Комментарии, как говорится, здесь излишни. Однако представляется, что разум все таки здесь восторжествует.

На протяжении веков народы Центральной Азии объединяли узы братства и взаимопомощи. Не хотелось бы, чтобы такой мощный фундамент дал трещину под "тяжестью воды". Хотя бы пример трагедии Аральского моря должен стать для всех нас предостережением от попыток непродуманного решения водных проблем.

Аброрбек Касымов       
KasimovAbrorbek@yandex.com